Вы вошли как Гость
Группа "Гости"Приветствуем Вас Гость!
Вторник, 27.06.2017, 20:19
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Наш опрос

Оцените наш сайт
Всего ответов: 413

Поиск

Погода в Колежме

Статистика сайта

Главная » » Колежма в худож. литературе

Берсенева Анна

  АННА БЕРСЕНЕВА
 
Настоящее имя писательницы Татьяна Сотникова.
Родилась 1 апреля 1963 г. в г. Грозном.
Училась в Минском университете, окончила факультет журналистики Белорусского государственного университета и аспирантуру Литературного института им. Горького.
Кандидат филологических наук, доцент Литературного института им. Горького. Известный в профессиональных кругах литературный критик.
Жена детского писателя Владимира Сотникова, мать двоих сыновей.
Пишет книги и издается с 1995 года.
Автор 17 романов, большинство которых издано в «ЭКСМО» (часть романов – в издательстве «Совершенно секретно»).
Автор статей, опубликованных в журналах «Вопросы литературы», «Знамя», энциклопедическом издании «Русские писатели XX века».

Говорят, человек проявляется во всём. Это в полной мере относится к Анне Берсеневой. Эта женщина не просто пишет книги о том, как превозмочь все трудности и сохранить нравственную чистоту и благородство. Её жизнь –подтверждение этих принципов.
В 1989 году в результате автомобильной аварии потеряла ногу, спасая собственного ребенка. Получила инвалидность. Но продолжает вести активный образ жизни: пишет книги, рецензирует романы других авторов, воспитывает детей.
Её собственные книги являются одними из самых актуальных произведений современной российской прозы не только в связи с ростом интереса к культуре семьи, к вечным ценностям, национальному и духовному наследию. Прежде всего читателей в романах автора привлекает то, что ситуации и герои книг похожи на реальную жизнь, на них самих. Большинство людей, знакомясь с книгами Берсеневой, открывают и в себе нечто чистое и благородное, и это остается с ними всегда. Неудивительно, что отказаться от чтения этих произведений невозможно.
В настоящее время Анна Берсенева живет в Москве. Регулярно встречается с читателями, которые ценят в ней тонкого психолога и блестящего мастера подлинно литературного стиля. Особенность её книг верно подметила одна из читательниц: «Читаешь – и проживаешь ещё одну жизнь». И эту жизнь хочется проживать снова и снова.
«Это сильная, умная, обаятельная женщина, достойная уважения и внимания», – единодушно заявляют её поклонники.
Многие художественные произведения автора экранизированы либо готовятся к экранизации. Но самого главного на экране не покажешь: то, как она пишет, можно оценить, только взяв в руки её книги. 
 
 
Красавица некстати
 
Красавица некстати: Роман / Анна Берсенева. – М.: Эксмо, Олимп, 2007. – 416 с. Это знакомо многим женщинам: и умница ты, и красавица, а жизнь почему-то не складывается, и все твои замечательные качества оказываются, в точности как сказал классик, некстати и невпопад. Именно к такому выводу о себе приходит к сорока годам Вера Ломоносова. И, обладая сильным характером, тут же решает изменить свою жизнь. Но как? Уйти с нелюбимой работы? Стать успешной бизнес-леди? Найти роскошного мужчину? Или для того, чтобы разобраться в себе, надо заглянуть в прошлое? И не только на свое, но и в прошлое своей семьи. Ведь именно отец, Игнат Ломоносов, передал Вере черты характера, которые влияют на судьбу. Любовь и бесстрашие перед жизнью – вот что было присуще Ломоносовым всех поколений.… А Колежма, собственно говоря, является, по сюжету этого романа, родиной этой семьи Ломоносовых. Скачать книгу
 
  извлечение:
     "– Расскажите… о вашем детстве, – словно прорываясь сквозь это свое затрудненное дыхание, проговорил Иннокентий. – Как интересно было бы… составить ваше генеалогическое древо… Наверное, обнаружилось бы родство… с вашим знаменитым земляком…
     Он закрыл глаза и затих, но по лицу его Игнат видел, что он слушает внимательно.
     – Родство-то, может, и есть, только дальнее очень, – сказал Игнат. – Ломоносовых по всему Поморью немало. У нас в Колежме, кроме нашей, две семьи еще было.
     – Большие семьи? – не открывая глаз, спросил Иннокентий.
     – У нас семьи почти все малые. Из практических соображений, – усмехнулся Игнат. – Близко к морю мы сели, хлеб не родится. К весне совсем не остается, как ни запасай. А одной рыбой сыт не будешь. Да и не засолишь ее много: соль-то дорогая. И как тут чужую ораву кормить? Племянников, стариков… Ну, каждый своим домом и живет. Такого, чтобы все братья, да с семьями еще, под одной крышей жили, совсем не заведено. Бабушка моя, помню, говорила: «Задвённая наша сторона. Только море нам на радость Господь в ней пролиял. И всегда-то оно душе мило. Летом, в вёдро, любить его не диво. А и когда по осени ветра падут, и колышень по нему ходит, и все оно зыбит, и нет ему ни днем ни ночью покою – и тогда по сердцу оно. Это морюшко чистоту свою так блюдет – бревна, щепу, никакую дрянь в себе держать не хочет, все на берег мечет».
      Игнат улыбнулся – обрадовался, что не забыл эти похожие на сказку слова, сам этот живой говор.
      – Красиво… – не открывая глаз, чуть слышно проговорил Иннокентий. – Чудесная речь… Я думаю, у вас там и люди красивые. Если судить по вас…
      – У нас женщины красивые, – сказал Игнат. – Именно в нашей деревне, в Колежме. И почему так, непонятно. К нам весь Онежский берег за невестами ездил, из Мезени заезжали, с Летнего берега тоже. Осенью придут парни с промысла, с Мурмана, и давай жениться. Неделями свадьбы гуляли!
      – Вы, наверное, с детства работать привыкли, – с детским же восхищением произнес Иннокентий. Он даже глаза открыл, и в глазах у него это чистое восхищение проступило еще отчетливее, чем в голосе. – Я успел это понять на лесоповале.
      – Да здесь-то что ж за работа? – усмехнулся Игнат. – Деваться некуда, вот и работаешь. Руки привыкли, это правда. С четырнадцати лет на промысел ходил. Рыбы в Белом море много. Сельдь особенная, такой нигде больше нет, и столько ее бывает, что весло в воде стоит, будто дерево в земле. Семга есть, камбала, навага, кумжа.
      – Кумжа – это ведь какое-то местное название? – спросил Иннокентий. – Возможно, по описанию я узнал бы ее.
      – Форель это, – сказал Игнат. – Крупная форель. Она вообще-то в реках водится, но и в море тоже заходит. Ну, и белуху били. Это уже считается зверь. Не кожный, как нерпа, а сальный.
      – Белуха из семейства дельфиновых, – чуть заметно кивнул Иннокентий. – Такая она необычная, просто очень неожиданное существо! Знаете, когда я в детстве разглядывал картинки в книгах Брема, она почему-то казалась мне похожей на пингвина. Но ведь белуха шести метров в длину достигает, и ловить ее, я думаю, должно быть, опасно. В четырнадцать лет…
      – У нас к этому по-другому относились, – улыбнулся Игнат. – Дал Бог с детства силу, значит, с детства и работай. Да и какое в четырнадцать лет детство? Отец в море погиб, когда мне десять было, я у матери старший остался – сестра к тому времени уже к мужу ушла. И младшие еще, двойняшки, по три года им. Тогда, конечно, тяжело было. А в четырнадцать уже ничего – в силу вошел, к работе привык."
 
Азарт среднего возраста
 
Азарт среднего возраста: Роман / Анна Берсенева. – М.: Эксмо, Олимп, 2008, 378 с.
В чем состоит кризис среднего возраста? В том, что из жизни уходит азарт. Семейный быт стал рутинным. Дети выросли, у них свои интересы. Карьерные высоты взяты. Тогда и наступает растерянность… Чего добиваться, в чем искать жизненный кураж? Этот неизбежный вопрос задает себе успешный бизнесмен Александр Ломоносов. И вдруг на его пути появляется женщина – юная, красивая, «с перчинкой». Источник нового азарта найден! Но тут-то и выясняется, что жизнь идет не по правилам психологического тренинга. И в прошлом самого Александра, и в истории семьи Ломоносовых немало событий, которые создают сложный и тонкий рисунок судьбы… Но как разобраться в причудливых линиях этого рисунка? Скачать книгу
 
     Извлечение:
 
       "– У меня отец отсюда родом, – ответил Сашка. – С Белого моря. Деревня Колежма. А в Мурманск он на рыбный промысел ходил. Даже младше меня тогда был.
       – То-то гляжу, лицо у тебя такое! – воскликнул Пашка. – Поморское лицо, и смотришь так…
       – Как? – заинтересовался Сашка. – Ну, по-ихнему так, по-поморски. Вот я, например, саам, мы совсем не так смотрим. Ну, народ такой местный, саамы. Лопарями нас еще зовут. А в сказках, я читал, лапландцами. Слышал, может? Про лапландцев
       Сашка тоже читал – в «Снежной королеве». Он вспомнил, как Герде помогали добраться до Кая через северные края лапландка и финка. Оказывается, лапландцы действительно существуют, не Андерсен их выдумал.
       – Никто нас не выдумал, – в ответ на его вопрос объяснил Пашка. – Тут у нас на Кольском разные есть. И поморы тоже. То-то я сразу заметил, что ты на помора похож. Высоченный какой, и вид у тебя суровый"....
 
       ...."– Тебе на речку Варзугу надо, – убежденно сказал Андрей Гаврилов. – Варзуга в Белое море течет. На ней поморы живут.
       – А разве у вас здесь не все поморы? – удивилась Ксения.
       – Не все, – объяснил Гаврилов. – Поморы от других отличаются. Вот я, например, саам. Это такой северный народ. Ты про саамов не знаешь, наверное.
       – Не знаю, – подтвердила Ксения. – Вы не обижайтесь.
       – За что обижаться? – улыбнулся он. – У нас маленький народ, из Москвы его не видно. Мы раньше, до революции, только оленей пасли и рыбу ловили. Поморы тоже рыбу ловят, но они совсем другой народ. Русские, но более… Более сильные, вот какие! И гордые поэтому – работают много, работать умеют, потому себя уважают. Только суровые. Но это понятно: у холодного моря и жизнь суровая. 
       – Я знаю, – печально улыбнулась Ксения. – У меня…
       Она чуть не сказала, что муж ее был помор, но осеклась. Почему «был»? Потому что теперь он ей не муж больше? Назвать Игната бывшим мужем язык у нее не поворачивался.
       – Я про поморов знаю, – все-таки сказала она. – Только я думала, они в других местах живут. На Онеге…
       Игнат был родом из деревни Колежма, которая, Ксения знала, находилась где-то близ реки Онеги.
       – На онежском берегу тоже живут, – кивнул Андрей Гаврилов. – И на Варзуге живут. Только на Варзугу добираться трудно. Поезд туда не ходит. Пешком по берегу надо идти.
       – А… можно мне туда? – осторожно спросила Ксения."....


Категория: Колежма в худож. литературе | Добавил: jurist (25.01.2010)
Просмотров: 1333 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar